Читаем Повесть о Петре и Февронии полностью

Девицу же хотя в ответех искусити, аще мудра есть, яко же слыша о глаголех ея от юноши своего. Посла к неи с единым от слуг своих едино повесмо 35 лну, рек, яко: "Си, девица хощет ми супруга быти мудрости ради. Аще мудра есть, да в сием лну учинит мне срачицу и порты и убрусець 36 в ту годину, в ню же аз в бани пребуду". Слуга же принесе к неи повесмо лну и дасть еи и княже слово сказа. Она же рече слузе: "Взыди на пещь нашу и, снем з гряд поленце, снеси семо". Он же, послушав ея, снесе поленьце, Она же, отмерив пядию 37 рече: "Отсеки сие от поленца сего". Он же отсече. Она же глагола: "Взъми сии утинок 38 поленца сего и шед даждь князю своему от мене и рцы ему: "В кии час се повесмо аз очешу, а князь твои да приготовит ми в сем утинце стан 39 и все строение, киим сотчется полотно его". Слуга же принесе ко князю своему утинок поленьца и речь девичю сказа. Князь же рече: "Шед рцы девицы, яко невъзможно есть в такове мале древце и в таку малу годину сицева строениа сътворити". Слуга жепришед сказа еи княжу речь. Девица же отрече: "А се ли възможно есть человеку мужеска възрасту вь едином повесме лну в малу годину, в ню же пребудет в бани, сътворити срачицу и порты и убрусець?" Слуга же отоиде и сказа князю. Князь же дивляся ответу ея.

И по времени князь Петр иде в баню мытися и повелением девици помазанием помазая язвы и струпы своя и един струп остави непомазан по повелению девицы. Изыде же из бани, ничто же болезни чюяше. На утрии же узрев си все тело здраво и гладко, развие единого струпа, еже бе непомазан по повелению девичю. И дивляшеся скорому исцелению. Но не въсхоте пояти ю жену себе отечества 40 ея ради и послав к неи дары. Она не приат.

Князь же Петр поехав во отчину свою, град Муром, здравъствуяи. На нем же бе непомазан един струп повелением девичим. И от того струпа начаша многи струпы расходитися на теле его от перваго дни, в онь же поехав во отчину свою. И бысть паки весь оструплен многими струпы и язвами, яко же и первие.

И паки възвратися на готовое исцеление к девицы. И яко же приспе в дом ея, с студом 41 посла к неи, прося врачеваниа. Она же, нимало гневу подержав, рече: "Аще будет ми супружник, да будет уврачеван. Он же с твердостию слово дасть еи, яко имать пояти ю жену себе. Сиа же паки, яко и преже то же врачевание дасть ему, еже предписах. Он же въскоре исцеление получив, поят ю жену себе. Такою же виною 42 бысть Феврониа княгини.

Приидоста же во отчину свою, град Муром, и живяста в всяком благочестии, ничто же от божиих заповедеи оставляюще.

По мале же днии предреченныи князь Павел отходить жития сего. Благоверныи же князь Петр по брате своем един самодержец бывает граду своему.

Княгини же его Февронии боляре его не любяху жен ради своих, яко бысть княгини не отечества ради ея, богу же прославляющу ю добраго ради житиа ея.

Некогда бо некто от предстоящих еи прииде ко благоверному князю Петру навадити 43 на ню, яко "от коегождо, - рече, - стола своего без чину исходит: внегда бо встати еи, взимает в руку свою крохи, яко гладна". Благоверныи же князь Петр, хотя ю искусити 44 повеле да обедует с ним за единым столом. И яко убо скончавшуся обеду, она же, яко же обычаи имеяше, взем от стола крохи в руку свою. Князь же Петр приим ю за руку и, развед, виде ливан 45 добровонныи и фимиам. И от того дни остави ю к тому не искушати.

И по мнозе же времени приидоша к нему сь яростию боляре его, ркуще: "Хощем вси, княже, праведно служити тебе и самодержцем имети тя. Но княгини Февронии не хощем, да господьствует женами нашими. Аще хощеши самодержьцем быти, да будет ти ина княгини, Феврониа же, взем богатество доволно себе, отоидет, амо же хощет!" Блаженныи же князь Петр, яко же бе ему обычаи, ни о чесом же ярости имея, со смирением отвеща: "Да глаголита к Февронии, и яко же речет, тогда слышим".

Они же неистовии, наполнившеся безстудиа 46, умыслиша, да учредят пир, И сътвориша. И егда же быша весели, начаша простирати безстудныя своя гласы, аки пси лающе, отъемлюще у святыя божии дар, его же еи бог и по смерти неразлучна обещал есть. И глаголаху: "Госпоже княгини Феврониа! Весь град и боляре глаголють тебе: "даи же нам, его же мы у тебе просим!" Она же рече: "Да възмета, его же просита". Они же, яко единеми усты, ркоша: "Мы убо, госпоже, вси князя Петра хощем, да самодръжьствует над нами. Тебе же жены наши не хотяхуть, яко господьствуеши над ними. Взем богатство доволно себе, отоидеши, амо же хощеши". Она же рече: "Обещахся вам, яко, елика аще просите, приимете. Аз же вам глаголю: "дадите мне, его же аще аз въспрошу у ваю". Они же злии ради быша, не ведуще будущаго, и глаголаша с клятвою, яко "аще речеши, единою безпрекословиа възмеши". Она же рече: "Ничто же ино прошу, токмо супруга моего князя Петра". Реша же они: "Аще сам въсхощет, ни о том тебе глаголем" 47. Враг бо наполни их мыслеи, яко, аще не будет князь Петр, да поставят себе инаго самодержьцем: кииждо бо от боляр в уме своем дръжаше, яко сам хощет самодержец быти.

Похожие книги