Автор: Роман Скоморохов. Очень смело, конечно, с вашей стороны вступить в полемику с лауреатами Ноб. премии, ведущим академиками, людьми от практики, защищая типичное изделие чикагских мальчиков (определение не моё, а самого Эд. Днепрова , который под конец понял, во что он ввязался (вляпался), но посмотрим, посмотрим (с любопытством)).». На главу «Реакционеры и реформа образования» Рудольф Сергеев ответил так: «Суть «Дела» выглядит следующим образом. При поражении СССР в Третьей мировой (холодной) войне значительную роль сыграли недостатки советской системы образования, прежде всего: - недостаточная научная, педагогическая и психологическая подготовка учителей; - заорганизованность учебного процесса и школьного быта; - безраздельное господство механизмов подавления креативной активности и личностного роста. В результате школа не смогла исполнить свое предназначение, то есть обеспечить государство кадрами, способными успешно противостоять экономическому, культурному и научному потенциалу всего мира. Эта задача была, однако, едва ли не решена в 1960-е годы, эпоху расцвета советских физико-математических школ. Тогда страны Востока и державы Запада изучали наши педагогические концепции и пытались их копировать. Тогда аналитики администрации Джона Кеннеди предложили чеканную формулу: «Стратегия развития системы образования есть часть геополитической доктрины страны». И Соединенные Штаты начали подготовку к грандиозной и очень дорогостоящей реформе. Советский Союз внутренне признал поражение в мировом конфликте раньше, чем усилия американцев привели к какому-то реальному результату, и в последующие десятилетия западное образование по инерции развивалось в намеченном направлении, а советское по инерции деградировало. В России времен «застоя» качество подготовки специалистов всех профилей медленно, но неуклонно падало со временем. Процесс этот не был проанализирован, и когда в 1990-е годы началась школьная реформа, речь шла, в основном, о стандартной «работе над ошибками». Предполагалось улучшить учебники, ввести ряд новых предметов, таких как ТРИЗ, РТВ, мировая художественная культура, история цивилизации, избавить школу от диктата РОНО и Минпроса, омолодить преподавательский состав. Делать все это было надо, и намерения «перестройщиков» были самыми добрыми, но в который раз подтвердилось, что самая плохая стратегия лучше, нежели отсутствие всякого плана. В условиях общей деструкции государства и его подсистем реформы, предусматривающие «сначала до основания разрушить, а уж затем...», благополучно завершались на первом этапе. К середине 1990-х годов мы фактически демонтировали имперскую систему образования. И тут выяснилось, что советское/российское государство, как водится, шло своим путем и не попало в общемировой тренд. А тренд этот таков, что современный уровень образования в России (крайне низкий) – является несбыточной мечтой для большинства развитых стран. Неожиданно (и без особых заслуг со своей стороны) Россия, наряду с Индией и Китаем, оказалась обладателем ценного и практически невоспроизводимого в нынешних условиях ресурса: системы образования, хотя и со скрипом, но все еще выпускающей молодых людей, способных бегло читать, грамотно писать, без существенных проблем складывать дроби и обладающих более или менее системными знаниями в истории и географии. П р о ч и т а й т е е щ ё р а з!!! Неожиданно (и без особых заслуг со своей стороны) Россия, наряду с Индией и Китаем, оказалась обладателем ценного и практически невоспроизводимого в нынешних условиях ресурса: системы образования, хотя и со скрипом, но все еще выпускающей молодых людей, способных бегло читать, грамотно писать, без существенных проблем складывать дроби и обладающих более или менее системными знаниями в истории и географии. Такое положение дел (вкупе с сохранившимся у России ядерным потенциалом) могло досрочно вернуть нашу страну в класс великих держав, что не всеми в мире обитаемом расценивается как радужная перспектива. И тогда были разработаны «принципы реформы». Основными целями образования отныне являются: «воспитание самостоятельности, правовой культуры, умения сотрудничать и общаться с другими, толерантности, знания экономики, права, менеджмента, социологии и политологии, владения иностранным языком». Средствами достижения этих целей служат: «разгрузка образовательного ядра, отказ от сциентистского и предметоцентрического подхода, существенное сокращение объемов образования, отстранение специалистов-предметников от обсуждения «своих программ». Для унификации российского образования с международным необходимо «объективизировать процедуру оценки», перейдя на единую для всей страны систему тестов. Понятно, что столь массированного удара не выдержит никакая система, даже самая консервативная и устойчивая. «До основания. А затем...» по С. Переслегину PS. Уточните, введение в реформируемое образование религии (сейчас «Основ правосл. культуры», след шаг, несомненно, «Богословие», а то зачем туда ввели богоэнтузиастку О.Васильеву, а в науку – теологию (?!!) – это тоже та часть реформ, противники которых подлежат безусловному уничтожению? Ваше, категоричное: «В теперешние суровые времена идеологической борьбы следует особенно точно формулировать позицию, становясь на сторону именно сторонников реформы, ибо все мы понимаем, что, независимо от того, плоха или хороша реформа, она продолжит победное шествие, в то время как ее враги будут уничтожены...». И ещё. С этой целью предполагаете ли вы использовать такой эффективный механизм, как инквизиция, к которой на всех парах ныне мчится «православие»? PPS. По Даллесу и Сионским протоколам – отдельный разговор.». Ответил я Рудольфу Сергееву так: «Что говорить до сокращения учебной нагрузки, то следует помнить, что слова о нем были внесены еще в закон об образовании 1958 года, хотя и до этого они повсеместно встречались в педагогической литературе (см. ПСС Н. Крупской). Не следует забывать и о том, что, как я уже говорил ранее, нагрузка на школьников в действительности не падает, а растет вместе с количеством знаний, которые им надо усвоить, а ограничения по учебной нагрузки, указанные в санитарных нормах, не выполняется на практике. Пинский пишет в своей книге «Либеральная идея и практика образования»: «Наконец, возможные спекуляции на тему того, что реализация подобного подхода может привести к неоправданному уменьшению «и так небольшой» учебной нагрузки учеников, не имеют никакого основания. В России объем годовой учебной нагрузки у детей является крайне высоким, а интенсивность учебной деятельности чрезвычайно высока, ибо число учебных недель у нас меньше, чем в других странах.». Ниже идут табличные данные по школьной нагрузки в год, которые я переписываю. Для детей 14-ти лет: в Германии – 818 часов школьных занятий в год; в Японии – 875 часов; в Финляндии (чемпион Европы в рейтинге PISA) – всего 855 часов; в России в то же время – 998 часов. Надо помнить и о том, что в школьном образовании принцип «чем больше – тем лучше» не работает, а если вы увеличите нагрузку на школьников в два раза, то это не значит, что вы получите результат вдвое лучший (см. Паси Сальберг «Финские уроки» или работы коммунаров и Сухомлинского). Касательно падения качества подготовки специалистов в годы застоя я могу сказать лишь то, что мы «качество вообще» оценить не можем, имея возможность только получить данные а) об объеме учебной программы (он возрастает перманентно с 1950-х), б) о конкретных результатах работы инженеров (они нас тоже не подводят), в) адекватности учебной программы реалиям жизни и технологий (с этим у нас все в порядке). Расцветет физико-математических школ в действительности наступил уже после развала СССР, в то время как при советской власти, когда образование отличалось особым эгалитаризмом, власти не слишком тепло относились к такого рода заведениям, да и в указанные вами 60-е оные только формировались. Посмотрим на лучшие школы России в этом вопросе: 57-я школа и гимназия 1567 обзавелись физико-математическими классами в 1968 году, Измайловская гимназия получила свой статус в 1992 году, лицей 1533 основан в 1991 году, лицей 1547 создан и вовсе в 2005 году. Противники реформы не подлежат полному уничтожения, а выразить я хотел то, что они исторически обречены на провал, как и все, кто борется с новшествами; они могут добиться лишь временных успехов, но прогресс обязательно в итоге победит, а его противники – проиграют. Я, честно говоря, поддерживаю введение «Основ православной культуры» в школе, а теологии – в университете, поскольку наша страна религиозна, а потому здесь эти дисциплины будут хорошо приняты народом. Подробнее о данных предметах я еще напишу. Если говорить до известных протоколов, то я могу посоветовать вам книгу Бурцева «Протоколы сионских мудрецов. Доказанный подлог», после которой я и сам разуверился в их подлинности.». Должен признать то, что Рудольф Сергеев действительно оказался наиболее внимательным и точным из моих читателей, поскольку все прочие оставляли самые скупые и неопределенные по содержанию комментарии, очень меня тем расстроив и введя в некоторое нехорошее состояние. Из нескольких десятков мест, которые получили мою книгу себе на прочтение, ответ дали мне лишь журнал «Скепсис», притом исключительно после четырех обращений, а также газета «Троицкий вариант», притом если первый ответил мне в крайне неблагожелательном тоне, то редактор из второй даже рассматривал возможность публикации главы о частных школах при некоторой редактуре оной: надо было убрать цитаты, установить ссылки научного типа, сократить статью в три раза, добавить статистику и т.д. В конечном итоге, разумеется, ни одно из указанных средств информации не опубликовало вообще ничего, а ответ «Скепсиса был и вовсе отрицательным, хотя и довольно мягким: «Уважаемый Марат, извините, что не ответили Вам сразу, но Вы прислали нам не статью, а книгу – как Вы понимаете, на книгу требуется больше времени. Вашу книгу мы не можем опубликовать, потому что она однобоко и тенденциозно представляет результаты реформы образования, не содержит ссылок на источники и прямо противоречит нашему собственному опыту работы в системе высшего и среднего образования. С уважением, Н. Дмитриева, редактор журнала «Скепсис».». В то же самое время, однако, книга успела снискать некоторую популярность в довольно узких кругах, заняв ту нишу, куда определил ей положиться рынок и великая сила общественного мнения; хотя место оное и не является слишком уж плохим, но и хорошим я его называть вовсе страсти не имею. В данной книге, однако, я хотел бы продолжить то исследование, что я начал ранее, на сей раз применив марксистский метод исследования во изучение не только лишь одного образования в его перманентном прогрессивном движении, но и всего обширного хозяйства нашей Республики в целом, пытаясь таким же образом, каким я развеял мифы о реформе школы, уничтожить и лживые измышления невежд и пропагандистов обо всей экономике страны. Изучая некоторые сведения о нашей экономической ситуации, я довольно давно уже пришел к выводу о том, что Россия сделалась теперь империалистической державой, подобной Соединенным Штатам или Франции, а также навели меня эти сведения на мысль о скором превращении Родины в страну «первого мира», где состоят все почтенные империалистические страны. Некоторым из наших профессиональных экономистов, как либеральных, так и марксистских взглядов, что давно уже погрязли в собственном догматизме, сделав свою сферу деятельности сугубо полем политических махинаций, доказательство мною подобного тезиса покажется как минимум вздорным и просто абсурдным, а в худшем случае – очень опасным и вредным, а я сам предстану в их глазах пропагандистом и подлым предателем научной истины. В то же время я обязан отметить, что действие мое направлено никак не на то, чтобы неким образом в глазах общества оправдать сегодняшнее правительство, поскольку для меня как марксиста было бы делать подобное совершенно абсурдно, но делаю я сие мероприятие лишь в угоду научной истине, которая теперь активно попирается ногами подлых гадов, которым важнее многим как раз политическая конъюнктура и позиция по отношению к определенной партии, но никак не единственная верная истина.