Читаем Фашизмов много полностью

Фашизмов много

Опубликовано в журнале "Новая модель", 2003, № 2 под названием "Много фашизмов. Весьма нехороших, но разных".

Александр Николаевич Тарасов

Документальная литература / Публицистика 18+

Другими вариантами еще довоенного "неклассического" фашизма были монархо-фашизм и крестьянский (бауэровский, кулацкий) фашизм, распространившиеся в странах Восточной Европы (в том числе и в лимитрофах). Это также были фашистские движения (а затем и режимы) с очень ограниченной социальной базой, не сумевшие мобилизовать массы, а пришедшие к власти с помощью традиционных элит (хотя иногда и в результате государственных переворотов), испуганных "красной опасностью". Быстрое включение этих партий и режимов в орбиту итальянского и германского влияния замаскировало их своеобразие, с одной стороны, и не дало им развиться в самостоятельное явление - с другой.

Во Франции до войны между собой конкурировало несколько разных фашизмов: французский вариант итальянского ("франсизм" и др.), французский вариант нацизма (Французская народная партия и др.), французский вариант франкизма ("кагуляры") и, наконец, оригинальный аристократически-элитарный фашизм "Аксьон франсэз", близкий к монархо-фашизму.

После II Мировой войны "неклассический" фашизм был представлен в основном режимами "зависимого" фашизма, или, по другой терминологии -"наведенного" фашизма (имеется в виду - наведенного извне, из-за границы). Как правило, это были ультраправые режимы в странах "третьего мира", установленные путем военных переворотов (военный фашизм) по указанию и на деньги стран "первого мира", западных демократий (чаще всего - Вашингтона). Непосредственной причиной создания таких режимов служила либо необходимость свергнуть какое-то уже существующее левое (или просто антиамериканское) правительство (в Бразилии, Гватемале, Чили и т.п.) либо не допустить прихода левых к власти.

Поскольку "зависимый" фашизм зависел от "демократической метрополии", то часто при фашистских режимах соблюдался в той или иной степени "демократический декорум": существовали парламент, многопартийная система, проводились "выборы". Разумеется, это была в большей или меньшей степени бутафория (в Парагвае при Стресснере вопрос "сожительства" фашизма с демократией решался просто и изящно: в стране всегда действовало военное положение, за исключением одного дня - дня выборов).

Специально для облегчения создания режимов "зависимого" фашизма в силовых структурах стран "третьего мира" активно насаждалась фашистская идеология. Армия, полиция и спецслужбы превращались в некое подобие фашистских партий без самих партий. Задним числом, уже после военного переворота, выяснилось, что убежденных фашистов в чилийской армии было гораздо больше, чем во всех "гражданских" фашистских организациях в Чили. То же самое выяснилось задним числом в отношении бразильской полиции и военной контрразведки.

"Зависимый" фашизм перебрасывал мостик к праволиберальным режимам, движениям и доктринам, "размывая" понятие фашизма и делая его "более приемлемым" для либералов. Так, режим Сомосы, насажденный в Никарагуа североамериканцами, идеологически ориентировался на европейский фашизм и даже помогал уругвайским фашистам готовить переворот - и в то же время выступал в качестве стратегического союзника США в регионе и формально находился в состоянии войны с "державами Оси".

В Европе первым режимом "зависимого" фашизма был послевоенный пробританский режим в Греции, где после освобождения страны от немецких войск началась гражданская война. Британские лейбористы клеймили Черчилля за поддержку в Греции "монархо-фашистов" и "нацистских коллаборационистов", но, придя в 1945 г. к власти, сами поддержали тех же "монархо-фашистов" и "нацистских коллаборационистов".

Похожие книги